2436
«Я сяду в лотос поутру посереди Кремля,
И вздрогнет просветлённая сырая мать-земля.
На что мне жемчуг с золотом, на что мне art nouveau?
Мне, кроме просветления, не нужно ничего.
Мандала с махамудрою мне светит свысока -
Ой, Волга, Волга-матушка, буддийская река!»
Такими строками провозвестник российского интеллектуального рок-размышления и исповеди Борис Гребенщиков (БГ) в конце 90-х годов дал понять своему слушателю, что земной шар с высоты птичьего полёта не имеет границ и каких-нибудь принципиальных различий с точки зрения конфессии, умозрения, расы и прочего. Чудная мешанина буддизма, иудаизма, православия, западной и восточной философии в текстах и образах, проповедуемых БГ, который, кстати, ровно четыре года назад с подачи нашего местного культуртрегера (в исконном смысле) Натали Улановой посетил и осчастливил своих поклонников в Улан-Удэ и продолжает вдохновлять многие поколения.
Именно процитированные в начале заметки строки из песни «Русская нирвана» из альбома «Кострома Mon Amour» группы «Аквариум» вертелись в моей голове и мешали (мешали ли?) сосредоточиться 10 июня в ФСК на учении молодого, в этой реинкарнации, Кунделинг ринпоче. Впервые историю про него несколько лет назад услышал от своих земляков, которым чужды разного рода гиперболизации и художественные преувеличения. В один из своих визитов в наши края он остановил свиту возле озера Байкал и прогулялся по мелководью. Стаи маленьких пескариков или, может, ещё какой рыбьей мелочи начали кружить вокруг его ног. Они бросались врассыпную, когда подходили люди из его окружения. Так продолжалось несколько раз. Но из почтительного отдаления это необычное явление очень даже хорошо наблюдалось.
Во время учения в ФСК бросается в глаза его, Ринпоче, внутренняя дисциплина, волевое сосредоточение наряду с юношеским задором и любопытством. Отрешённость не нарочитая, для тридцатишестилетнего перерожденца, разрешала вполне комфортно чувствовать себя немолодой и молодой аудитории спортивного храма. Как охарактеризовал его Жаргал-лама из Иволгинского дацана, по совместительству сокурсник, ровесник и организатор учений:
«Я тогда понял, что он действительно необычный человек, у него есть непростые кармические отпечатки. Вот это меня, конечно, удивляло. Также я ни разу не видел, чтобы он проявлял негативные эмоции, и ни разу не слышал, чтобы он кого-то обсуждал. Он всегда искал в человеке хорошее, говорил о хороших качествах, а не о плохих. Он не отвлекался на словесные споры, а если и спорил, то о сути темы».
В нашу материальную эпоху, когда приходят такие проповедники, внося свежую струю для обывателей и верующих, соблюдающих только поверхностные ритуалы, мы должны быть признательны таким визитам. Сегодня, когда идёт ренессанс буддизма в Бурятии и России, обнажаются с болезненной откровенностью исторические факты, доселе находившиеся под литером «секретно», и устные рассказы, передававшиеся украдкой, подтверждаются ими, как никогда важны эти визиты. И мутные фотографии святых, хранящиеся в божницах наших родителей, обретают имена и сопроводительные истории для нас.
«На чем ты медитируешь, подруга светлых дней?
Какую мантру дашь душе измученной моей?
Горят кресты горячие на куполах церквей -
И с ними мы в согласии, внедряя в жизнь У Вэй
Сай Рам, отец наш батюшка; Кармапа - свет души,
Ой, ламы линии Кагью - до чего ж вы хороши!
(БГ «Русская нирвана»)
