​Ночь в «Орде» с журналом «Байкал»

Этногалерея «Орда» су­ществует в культурном пространстве респу­блики сравнительно недавно, но на ее счету уже немало интереснейших про­ектов, связанных не только с изобразительным искус­ством, но и с литературой.

Редакции журнала «Бай­кал» посчастливилось по­наблюдать за жизнью эт­ногалереи, что называется, изнутри.

Ордынцы

По приглашению арт-директора галереи «Орда» Надежды Абзаевой «Байкал» принял участие в «Ночи музе­ев», организованной галере­ей, с инсталляцией и перфор­мансом.

До того мы проводили в галерее презентацию одно­го из номеров журнала, были на музыкально-поэтическом действии, посвященном Мар­ку Шагалу, посетили выставку в рамках проекта «Мифоло­гия», где наше воображение поразила инсталляция «Ми­ровое древо». Сквозь густую крону, сделанную из белых бумажных соцветий, свисаю­щих с потолка, просвечивали огоньки. Жаль, что вся эта красота, сотворенная руками безымянных авторов, просу­ществовала совсем недолго.

Надо сказать, что галерея «Орда» стремится представ­лять и популяризировать бу­рят-монгольское искусство в самых современных его ви­дах. Нам, к примеру, повезло познакомиться с работами монгольской художницы в стиле монгол зураг, выпол­ненными из мятой фольги, кусочков шелка и настоящих буддийских ксилографов. Не­обычно, интересно, прово­кационно. Предложение по­участвовать в «Ночи музеев» мы восприняли как редкую возможность выйти за рам­ки привычной модели пред­ставления журнала, тем более что повод долго искать не пришлось – следующий год у «Байкала» юбилейный, ему будет семьдесят..

«Я только Пушкина уважаю…»

Внимательно проштудиро­вав монументальную работу Роузли Голдберг «Искусство перформанса. От футуризма до наших дней», мы приня­лись придумывать свой пер­форманс. Набросали больше десятка разных сценариев, и каждый начинался словами «за столом сидит редактор», менялся только его облик. Злой редактор; добрый и все­ядный редактор, печатающий всех без разбора; редактор – пособник мирового заговора по изведению леса; редактор, похожий на время, безучаст­ный и непостижимый. Да мало ли еще какой.

Труднее было сочинить какое-нибудь действие, сби­вала с толку простота самых известных перформансов. Че­ловек ест огромную горькую луковицу и говорит без оста­новки о наболевшем, давится, у него текут слезы, а он все говорит и говорит.

Конечно, проще всего было организовать что-то вроде мастер-класса на тему: из чего и как собирается журнал. Но если научить азам лепки и вышивания за одно заня­тие можно, то как научить, к примеру, отличать хорошее стихотворение от плохого, хо­рошее от гениального, если у человека нет вкуса, который, в свою очередь, могут воспи­тать только книги?

И потом, что такое злой ре­дактор? Был ли Анатолий Щи­тов злым редактором, когда, вернув стихи приехавшему с БАМа мостостроителю Павлу Большешапову, на его «не ува­жаешь?» ответил сумрачно «я только Пушкина уважаю»?

Или вот стол. Вся жизнь редактора связана с ним. Он может за ним сидеть, может на нем лежать, что не раз слу­чалось за историю журнала «Байкал», он даже может пря­таться под ним в исключи­тельных случаях от авторов.

Так незаметно-незаметно перформанс обещал вырасти в большой спектакль.

Инсталляция "Зеркало"

Фото Ольги Хандаровой

История журнала в обложках

Зайдя в тупик, мы реши­ли оставить на время затею с перформансом и сосредото­читься на инсталляции, кото­рую изначально задумывали собирать из обложек журнала, начиная с 1947 года.

Всего вышло 324 номера «Байкала» плюс столько же на бурятском языке. С 1997-го по 2015 год журнал не выхо­дил, если не считать пилотно­го номера, посвященного ры­балке и охоте, выпущенного в 2002 году.

Идея была проста: распо­ложить в хронологическом порядке все номера журналов. Получилась увлекательная мозаика, где у каждого перио­да журнала был свой цвет об­ложки, дизайн и шрифты.

Простые однотонные об­ложки альманаха «Байкал», академичные серые – журнала «Свет над Байкалом», напол­ненные воздухом, геометри­чески ясные – бальбуровской эпохи, строгие, темно-синие – самого длительного, цы­рендоржиевского периода, к 90-м годам изрядно посвет­левшие, словно выцветшие, и между ними солярные сим­волы короткого дамдинов­ского цикла. А в завершение – затейливый пэчворк нового «Байкала».

Отпечатанные на плотной бумаге, обложки легли в руки как приглашение к путеше­ствию, и сценарий перфор­манса, точнее, его смутные очертания, возник сам собой перед нами. В «Орде» мы убе­дились, что идея с обложками перспективная, но требует серьезной доработки. Люди увлеченно собирали историю журнала, готовый «пазл» по­лучился длиной около пяти метров, на его сборку ушло минут пятнадцать.

Легкость и тяжесть

Попав в поле притяжения «Орды», мы поневоле оказа­лись в эпицентре несконча­емых споров о современном изобразительном искусстве. Можно ли называть перфор­манс искусством или это раз­влечение для дилетантов? Какова роль куратора в твор­ческом процессе, может ли он диктовать свою волю худож­нику?

Одна из студенческих ин­сталляций, привлекших наше внимание в галерее, посвяща­лась человеческим порокам. К сетке, натянутой на прямо­угольную раму, были прикре­плены пустые пачки сигарет, использованные шприцы и прочие предметы, символизи­рующие пороки. Их было всего ничего, сеть явно пустовала, и работа, скорее, вызывала улыбку.

Нам нужно было срочно придумывать идею новой ин­сталляции, потому что преж­няя, с обложками, пошла на перформанс. Пришлось под­ключать коллективный раз­ум, обращаться к журнальным духам, и в итоге многодневных страданий получилась компо­зиция из старого фотоувели­чителя, ванночек для фотогра­фий, роль которых исполняли журнальные страницы, рю­мок, бокалов и двух бутылок с вином и водкой.

Объяснять, что все это зна­чит, против правил, но если кто подумал, что речь идет о рабо­чем столе писателя, не сильно ошибется. Хотя инсталляция не о журнале и литературе, а о жизни, невыносимость ко­торой часто вынуждает людей прибегать к искусственной возгонке радости вином и ане­стезии – водкой.

Центр инсталляции – ван­ночка с чистой водой, на дне которой зеркало. Человек смотрит туда и видит свое от­ражение. Тексты для ванночек с вином и водкой подобраны специально.

Просуществовав почти полмесяца в интенсивном ре­жиме творческого поиска, мы, честно говоря, немного вы­дохлись, а ордынцы живут в таком режиме постоянно. По­этому от всей души желаем им сил и вдохновения, без ко­торых невозможно тянуть не­подъемную ношу культурного строительства!

Главное фото Бориса Балданова