Культура 12 авг 2020 166

В Улан-Удэ вдохновенно творит единственный в республике профессиональный мастер-косторез

Весь мир на бивне мамонта

 Впервые в жизни прикасаюсь к бивню мамонта, благородному до­рогому материалу неповторимой цветовой гаммы. Он пролежал в вечной мерзлоте несколько тыся­челетий. Плотный, на ощупь совсем не холодный: хранит особую ауру, мощную энергию и историю про­шлых поколений. Пройдет время, и мастер-умелец из Загустайской долины вернет куску этого ценного органического материала вторую жизнь.

Мастер из Тохоя

Я в мастерской потомка тохойских дарханов. Мастер как раз закончил работу над очередным шедевром из бивня мамонта. Работа у него действи­тельно филигранная, требующая при­родного дара, огромного мастерства, колоссального опыта, недюжинного терпения и необыкновенного упорства. Всеми этими качествами, вкупе с ба­зовым академическим образованием, необходимыми для истинного профес­сионала-костореза, обладает заслужен­ный художник Республики Бурятия Ба­то-Мунко Чимитов.

Маэстро встретил меня крепким ру­копожатием и взглядом, излучающим тепло и свет.

- Вчера я завершил работу «Богиня Янжима», съездил в дацан на Верхней Берёзовке, где Буда-лама ее освятил, – сообщил мастер. – Буда-лама сказал, что внизу, на дне изделия надо изобразить знак Ваджра (Очир), и тогда будет закон­ченное творение.

Ну, а дальше разговор заходит о кор­нях Мунко Чимитова.

- Родился я в Тохое, – мысленно воз­вращается в детство герой этого пове­ствования. – Мой дед по материнской линии был «белым» дарханом (работал, в основном, по дереву), а предки по от­цовской линии были «черными» дар­ханами-кузнецами (ковали изделия из железа).

Скорее всего, к тохойскому маль­чугану Бато-Мунко по наследству пе­редалась тяга к рисованию. В школе он был редактором стенгазеты, часто рисовал портреты пролетарских во­ждей и, конечно же, Ленина, а однажды на небольшом полотне обоев акваре­лью нарисовал чемпионов мира – всю сборную команду Бразилии по футболу. Другим увлечением в школьные годы был спорт: вместе со сверстниками он играл в футбол, хоккей, волейбол, баскетбол, настольный теннис.

После школы Бато-Мунко решил-та­ки из деревни, минуя Улан-Удэ, прями­ком махнуть в Подмосковье и поступить в известное на весь мир Абрамцевское художественно-промышленное учили­ще имени В.М. Васнецова. Поступил с первого захода. Когда наступило время определиться, чем именно он будет за­ниматься – камнем, деревом или костью – решил съездить в Москву в Государ­ственный музей искусства народов Вос­тока.

На практику – в Холмогоры

В легендарных Холмогорах его на­столько впечатлили работы мастеров резьбы по кости из Индии, Японии, Ки­тая и Кореи, что парень сделал поистине судьбоносный выбор – будет занимать­ся резьбой по кости. Студент престиж­ного училища при первой возможности выбирался в этот музей, где часами из­учал шедевры косторезного искусства. Конечно же, талантливый юноша мно­гое почерпнул для себя на практиках – в Архангельской области, где в легендар­ных Холмогорах изучал косторезное искусство в стиле «ажур» и на фабрике художественных косторезных изделий в Тобольске. В студенческие годы Ба­то-Мунко времени зря не терял и по­мимо учебы занимался самбо сначала под опекой основоположника самбо в Хотьково Евгения Карасёва, а затем – под руководством заслуженного трене­ра России Альберта Астахова. Совсем немного времени не хватило Чимитову для получения заветного серебряно­го мастерского значка. Забегая вперед, скажем, что вернувшись в Бурятию, он некоторое время на стадионе имени 25-летия республики тренировал маль­чишек. Среди его учеников – ныне из­вестный наставник Александр Леликов.

По окончании Абрамцевского учи­лища камнерез мог остаться в Москве, было желание «рвануть в Холмогоры». Но дома его очень ждала мама, инвалид первой группы. К тому же сестры и братья были маленькие, и надо было помогать маме по хозяйству. Потому и приехал в Улан-Удэ. Устроился на опыт­ный завод художественных изделий и сувениров. Организовал там цех рез­чиков по кости. Затем трудился глав­ным художником предприятия. В 1978 году, после того, как получил жильё, женился. Свадьбу, широкую, раздольную, справили в родном Тохое, откуда родом и супруга художника – Лариса Кимовна Абушеева. С будущей женой познакомился еще в школьные годы.

- До сих пор идем по жизни вместе, и 50 % моих заслуг в творчестве принад­лежит жене, – признался художник. – Сколько она меня поддерживала!

Особенно важна была ее поддержка после того, как в 91-ом Бато-Мунко Чи­митов окончательно ушел на постоян­ную творческую работу.

Гран-при в Якутске

Особая тема для разговора – основ­ной материал, из которого изготавлива­ются уникальные изделия, то есть бивни мамонта. Их он начал собирать через знакомых еще со времен работы на «сувенирке». Мало найти бивни и кости, их надо правильно хранить: при непра­вильном хранении возникают трещины.

В 2018 году Бато-Мунко Балтуевич стал лауреатом госпремии РБ. В октя­бре прошлого года он впервые принял участие в седьмом Всероссийском фе­стивале косторезного искусства наро­дов России, который проходил в Якут­ске, и, представив на суд жюри шесть работ, в том числе скульптуру Чингис­хана и икону с изображением Хамбо-ла­мы – Даши-Доржо Итигэлова, выиграл Гран-при. А затем – снова победа: в Магадане получил диплом первой сте­пени на втором международном фести­вале «Косторезное искусство народов мира». А недавно получил благодар­ность Министерства культуры РФ за подписью министра Ольги Любимовой.

Прикасаюсь к одной из значимых работ мастера – объёмной скульптуре Чингисхана.

- Вот из качественного куска бив­ня мамонта, который держал до лучших времен, решил вырезать фигуру Чин­гисхана, – поясняет Бато-Мунко. – Диа­метр бивня был большой. Долго думал, как его изобразить. Решил изобразить сидящим на троне (хан есть хан) и в со­болиной шапке. Подставка выполнена из австралийского дерева лайсвуд.

Много о чем мы говорили с уникаль­ным мастером резьбы по кости. Он по­ведал о том, что в одном из микрорай­онов города своими руками построил дом «три в одном» и тем самым решил проблемы с мастерской, дачей и гара­жом. С болью в душе говорил, что се­годня бивни мамонта «вагонами уходят в Китай». Рассказывал, о том, как был полностью погружен в творческий про­цесс, работая над иконой Хамбо-ламы Даши-Доржо Итигэлова: «одним этим жил, даже ночами не спал». Поведал, что все трудности преодолимы, «когда рядом верная спутница жизни». Гово­рил, как нелегко приобрести дорогое сырье и как трудно сбыть изделия.

Держа в руках его необыкновенные творения из кости мамонта, поймал себя на мысли: было бы хорошо, если бы спонсоры и состоятельные земляки оказывали поддержку таким мастерам, как Бато-Мунко Чимитов. Ведь они, как и спортсмены, участвуя в конкурсах, прославляют нашу страну и республику, сохраняют нашу национальную куль­туру и народные традиции, идущие из глубины веков. Сохраняет и приумно­жает народную культуру, радуя своим творчеством людей, Бато-Мунко Чими­тов, который прошел тернистый путь от первых проб до шедевров.

Его творчество, наполненное нацио­нальным колоритом, подтверждает, что искусство требует настоящего профес­сионализма. Иначе кость, будь то клык моржа или бивень мамонта, кость КРС останется всего лишь обычной ко­стью, и шедевра из него не получится. Этот сильный духом и на редкость це­леустремленный человек идет своим путем, созидает, творит и радует нас жизнеутверждающим творчеством. Не­смотря ни на что.

Автор: Баясхалан ДАБАИН

Фото: предоставлено Бато-Мунко Чимитовым