«О великой доброте»: истории войны, в которых победила человечность

Это небольшое издание объемом в 84 страницы на самом деле вмещает огромный человеческий опыт. Перед нами фото, документы и письма, а самое главное - подлинные свидетельства трагедии и попытка понять, как даже в самых чудовищных условиях людям удавалось сохранять достоинство и человечность. Спустя десятилетия авторы, пережившие войну, оккупацию и трудовые лагеря, подробно перечисляют людей, слова, вспоминают атмосферу тех лет, запахи, чувства страха, голода и, особенно, столь редкие для того времени мгновения тепла.

Узы доброты

Первая часть книги называется «Особо окрещённый…». Это история Леонида Синегрибова, рассказанная в виде газетных публикаций и воспоминаний. Человек необычной судьбы, он родился на Брянщине, но журналистская и общественная деятельность сделали Бурятию его вторым домом. Именно здесь в 1993 году он создает международную газету «Судьба», которая объединит бывших малолетних узников фашизма, а сам он станет одним из главных хранителей их памяти. На страницах издания публикуются воспоминания узников концлагерей, письма, документы, фотографии, попытки людей спустя годы найти родных или рассказать о пережитом. За все время в редакцию пришли десятки тысяч писем со всего мира: фактически «Судьба» стала своеобразным архивом человеческих судеб, собранных по крупицам. За свою деятельность Леонид Кириллович удостоен множества наград, в том числе звания «Почетный гражданин Республики Бурятия». На днях, 15 марта, он отметил свое 85-летие.

Леонид Синегрибов за рабочим столом. Из архива редакции

История его начинается, когда совсем малышом он оказывается среди тех, кого фашисты угоняли на работы в Германию. По дороге мальчик тяжело заболел, и в литовском городе Алитус его сняли с поезда и поместили в лагерь. Казалось тогда, что судьба ребенка уже предрешена. Но затем произошло то, что автор и спустя десятилетия воспринимает не иначе как чудо.

«Трудно сказать, что было бы со мной, русским мальчиком, если бы не жители Алитуса Малевские - Стасис Фердинандович, каменщик по роду работы, и его жена Мария Винцентовна. Они спасли меня от голода, взяли к себе и выхаживали, как родного».

Малевские вынесли мальчика из лагеря, дали ему имя Тадас (Тадеуш) и растили как собственного сына: делили с ним скудную военную пищу и рисковали жизнью, укрывая его в оккупированном городе.

Тем временем родные Леонида не переставали его искать. Несмотря на хаос военного времени, разрушенные связи и огромные расстояния, семья не теряла надежду. В итоге, уже после войны, поиски эти увенчались успехом - отец все-таки нашел сына. Встреча после долгих лет разлуки стала одним из самых драматичных моментов этой истории. Расставаться с ребенком, который стал для Малевских своим, было очень тяжело, но где-то там, на Брянщине, его ждала родная мама, и приемные родители это понимали.

Поступок Малевских стал примером настоящей человеческой честности и великодушия. Леонид Кириллович Синегрибов пишет, что только во взрослом возрасте полностью осознал смысл произошедшего. Человеческое родство иногда оказывается сильнее кровного. Русский ребенок, литовская семья, польская и литовская речь в одном доме - все это объединилось в одном доме простой человеческой добротой, которая свободна от идеологии.

Одновременно судьба маленького мальчика разворачивается на фоне большой истории. Один из рассказов в сборнике посвящен Юозасу Витасу - одному из организаторов подпольного движения в Литве. Он был среди тех, кто боролся против фашистской оккупации, ежедневно рискуя жизнью и свободой.

Благодарность за свое спасение Леонид Синегрибов пронес через всю жизнь. Под одним из писем он подписывается как Тадеуш Малевский - именем, которое носил в детстве. Уже во взрослые годы он старался помочь Марии Винцентовне: добивался для нее квартиры, писал обращения, пытался решить ее бытовые проблемы.

«Чтобы всегда жили в памяти свидетельства великой доброты, граничащей иногда с подвигом и соединяющей людей разной национальности узами истинного родства, которое порой ближе, чем родство кровное», - приводятся строчки из газеты «Советская Литва», посвященные этой истории.

Человечность среди врагов

Вторая часть книги - воспоминания Александра Шураева «И среди немцев бывали люди». Александр Фролович - офтальмолог, заслуженный врач РСФСР, кандидат медицинских наук, общественный деятель и автор воспоминаний о военном детстве. Родом из Орловской области, в годы войны он подростком оказался на оккупированной территории, а в 1943-1945 годах был угнан на принудительные работы в Германию и находился в лагере для остарбайтеров под Берлином.

Александр Шураев. Фото: газета «Судьба»

Начало этой части переносит читателя в оккупированную деревню, где юный Саша Шураев переживает тяжелые первые годы войны и оккупации: еды не хватает, приходится приспосабливаться к новым порядкам, а любое событие может обернуться бедой.

Нередко оккупанты размещались прямо в домах местных жителей, и людям приходилось делить с ними кров и даже один стол. В одном из эпизодов автор вспоминает унизительную сцену на станции, когда немцы демонстративно ходили по нужде прямо на глазах у людей: «Перед нами, русскими, как перед скотом, можно было справлять естественные потребности».

Тем не менее жители старались сохранять достоинство, поддерживали друг друга и помогали чем могли. Даже в таких условиях оставалось место формам сопротивления: люди саботировали распоряжения оккупантов, тайком выносили провизию, приводили в неисправность оружие и технику.

Тем не менее, название второй части звучит как важное нравственное утверждение. Автор не пытается забыть о преступлениях нацизма или кого-то оправдать, но честно говорит о том, что в любой нации есть хорошие и плохие люди. Это касается и простых жителей, с которыми столкнулся автор, будучи угнанным в Германию. Приводится случай, когда мастер с завода, где работал мальчик, забрал его на выходные в свой дом, где тот ненадолго почувствовал тепло и уют. Еще один пример - пожилая сторожиха Марта, которая подкармливала и даже давала Саше одежду своего сына, воевавшего тогда на восточном фронте. Детская память сама по себе устроена иначе: она может смягчать боль, отодвигать самые тяжелые переживания и сохранять те моменты, которые помогали выжить: «Наверное, свойственный тому возрасту романтизм, интерес ко всему новому позволили мне сохранить в памяти все-таки не самые страшные эпизоды».

В словах Александра Фроловича звучит и еще одна важная тема - памяти погибших. Его старший брат Николай ушел на фронт и не вернулся. Долгое время судьба его оставалась неизвестной, но в итоге семья спустя годы сумела все-таки выяснить, на какой земле он нашел свой последний приют. Для Александра Шураева это стало делом жизни и последней данью памяти брату.

Размышляя о вере, он подчеркивает, что главное в религии - нравственные идеалы добра, сострадания и взаимного уважения. Не столь даже важно, кто именно формулирует эти принципы - Христос, Будда или другие учителя. Важно, чтобы люди знали о них и воплощали в жизнь.

Уходящее поколение

Люди, пережившие войну детьми, постепенно уходят. Это так же неизбежно, как и уход ветеранов. Леонид Синегрибов вспоминает своего школьного друга Евгения Курочкина - одну из таких судеб. Об этом говорит и Александр Шураев, признаваясь, что больше всего опасается одного - что вместе с уходом людей исчезнет и память о пережитом, и дело по ее сохранению.

Символично, что в рассказе «Награда» перечисляются многочисленные медали, знаки отличия, благодарности и памятные адреса, принадлежащие Леониду Кирилловичу. Но особенно трогательной выглядит небольшая деталь - как внучка Саша помогает дедушке ухаживать за ними, протирает их и следит, чтобы они оставались чистыми. В этом и есть передача памяти от поколения к поколению, и главная награда: когда молодежь знает, помнит и чтит.

Авторы книги убеждены: если помнить только зло, оно неизбежно рождает новое зло. Память о войне нужна не только для того, чтобы помнить о ее жестокости и несправедливости, но и чтобы сохранить редкие проявления человечности, мгновения добра, не знающего национальностей, языков и политических границ. Добра, которое возникает там, где его совсем не ждешь, и которое остается в человеческой памяти на всю жизнь.