Общество 26 авг 2020 901

​ Пчеловоды Бурятии бьют тревогу из-за сложной ситуации в отрасли

© фото: предоставлено Геннадием Лютаевым

В некоторых регионах страны, по информации Союза пчеловодов Рос­сии, доля поддельного мёда достигает 70 %. По мнению экспертов, это объясняется тем, что к «сладкой» отрасли, как мухи, «приклеились» не­добросовестные предприниматели, перекупщики, которые так и липнут туда, где мёдом намазано. Об этом с болью в душе поведал корреспонден­ту «Бурятии» фермер, пчеловод Геннадий Лютаев.

 Для Бурятии пчеловодство – пер­спективная отрасль, и в будущем могла бы стать одной из ключевых в сельском хозяйстве республики. Пчеловодство еще и относительно молодая отрасль: ей всего около 100 лет.

Первая пасека в окрестностях Верхнеудинска появилась в 1828 году. А реальное развитие это­го направления началось в 1911-1915 годах после того, как с территории Приморского края завезли порядка 1300 пчелосемей. Оказалось, что наши природно-климатические условия как нельзя лучше подходят для развития пчеловодства, которое набирало обо­роты в довоенное и послевоенное вре­мя.

Расцвет пчеловодства в республи­ке пришелся на 70-е - 80-е годы про­шлого века. В тот период в Бурятии насчитывалось немало пчелохозяйств, в том числе специализированных пче­лосовхозов, в которых производили мед и получали значительные доходы от его реализации. Но все перевер­нулось с ног на голову с наступлени­ем 90-х. Тогда, как пишет кандидат сельхознаук Алексей Гладинов, по причине невысокой производитель­ности труда и, как следствие, больших производственных издержек пчело­совхозы, другие коллективные пасеки в условиях рыночной экономики ока­зались нерентабельны и были рас­проданы населению. И сейчас пасеки сосредоточены в основном в частном секторе.

Одна из основных проблем пчело­водов республики – подделка сладкого продукта.

- Очень много фальсификата, пото­му что он завозится из Китая, – обо­значил проблему Геннадий Лютаев. – Фальсификат из Поднебесной идет в Казахстан, а потом попадает в Россию. А из регионов страны он идет под ви­дом «башкирского» меда. На самом деле – это не башкирский мед: в этой республике много падежа пчел из-за «химии», которая используется в полях. Там даже собственное обеспечение по этому продукту не выполняется. Пред­ставляете, стоят продавцы в магази­нах по всей стране и продают тысячи тонн «башкирского» меда! Люди едят поддельный мед, а пользы от него для здоровья никакой!

«Нас лишают бренда»

- На самом деле есть такой бренд как башкирский мед, – включается в разго­вор потомственный пчеловод Сергей Максимов. – Но настоящий башкирский мед – липовый.

Несколько лет назад Геннадий Лю­таев и его наставник Сергей Максимов взяли пробы меда и сдали в центр сер­тификации и контроля качества лекар­ственных средств. Результаты анализа «башкирского» меда показали, что он содержит в себе оксиметилфурфурол (ОМФ), образующееся при нагреве саха­ра ядовитое вещество, которое вызыва­ет онкологию. Это, по словам ферме­ра, говорит о том, что исследовавшийся продукт был либо «гретый», когда ску­пается и продается старый мед, либо, и это худшее, просто сахар, смешанный со вкусовыми добавками.

А еще есть современные «остапы бендеры», которые под видом мест­ного меда перепродают завезенный невесть откуда продукт сомнительного качества.

- Это – рынок. Так сегодня борются за деньги, – говорит Геннадий. – А страда­ют покупатели, которые травятся этим метилфурфуролом. С таким вот «баш­кирским» медом сюда заходят и дем­пингуют, лишают нашего бренда, и это заставляет людей бросать пчеловод­ство. Я пришел к коммерческому ди­ректору одной из компаний с предло­жением, мол, у меня есть натуральный мёд. Он говорит: «Хорошо, но дорого, мне сейчас везут подсолнечниковый мёд по цене 100 рублей за килограмм». Эта компания делает 100 % накрутку и продает его за 200 рублей.

На днях эксперты Роскачества про­вели проверку 40 образцов мёда и по­мимо следов антибиотиков обнаружи­ли в них мышьяк и тяжелые металлы. Эксперты выявили также факты несоот­ветствия заявленного сорта меда фак­тическому, что тоже считается фальси­фикацией.

Пасека в тайге

- Фальсификат делится на несколько видов, – разъясняет выпускник Всесо­юзного института пчеловодства, пре­подаватель БГСХА Сергей Максимов. – Один из видов подделки – это, когда в мед что-то подмешивают, например, сахарный песок или патоку (грубый фальсификат). Другой вид суррогата, когда пчел чересчур перекармливают сахарным сиропом. Но сейчас таких фальсификатов мало. Сегодня больше проблема в искусственном (инвертном) меде, который присутствует в торговых сетях. Он должен так и назваться – «ис­кусственный», а его выдают за натураль­ный.

Как заметил Сергей Максимов, мно­го пробелов в этом плане в законода­тельстве. По сообщению Роскачества, в ГОСТе есть определение термина «мед натуральный», но ни в техрегламенте, ни в самом ГОСТе нет определения меда.

По словам Лютаева, сегодня пчелово­дов в республике немного: отрасль со­кратилась более чем в половину, на всю Бурятию всего несколько тысяч пчелосе­мей. Для сравнения: в 1954 году их об­щее количество составляло 12900, а, по данным Бурятстата, на 1 января 2018 года – около 9 тысяч. Бурятские пчеловоды бьют тревогу: пчелы – важный фактор экосистемы, ежегодно вымирают, их ста­новится все меньше. Когда поля обраба­тываются пестицидами и гербицидами, происходит массовая гибель пчел.

- Чтобы защитить свою пасеку, и чтобы мед был максимально натураль­ным, мы принципиально стоим в тайге, – поясняет пчеловод. – От нашей фер­мы дорога уходит на 5 километров в распадок. Там мы ставим пчел, где мед получается ароматный и насыщенный, концентрированный – таежный.

Когда я приехал к известному чело­веку Сергею Максимову, он собирался ехать в поля Мухошибирского района.

- Там – посевы донника - пояснил он. – Нынче я еще возил пчел в Усть-Баргу­зин на кипрей (иван-чай). Мобильность пасеки дает положительные результаты.

Тем временем

Госдума на предстоящей осенней сессии рассмотрит во втором чтении законопроект «О пчеловодстве в РФ» – о господдержке отрасли. В первом чтении документ принят 21 июля это­го года. В законопроекте во главу угла ставится обеспечение качества и безопасности продукции пчеловодства, повышение конкурентоспособности российской продукции пчеловодства и российских производителей.

  СОВЕТЫ ОТ ПЧЕЛОВОДОВ СЕРГЕЯ МАКСИМОВА И ГЕННАДИЯ ЛЮТАЕВА:

Чтобы не нарваться на медовый фальсификат и некачественный мед надо со­блюдать несколько простых правил:

  1. Покупать «эликсир жизни» только у пчеловодов (честный, правильный мед продается у них).
  2. Надо требовать у продавцов меда сертификат.
  3. Натуральный мед не может стоить дешево (в розницу в Бурятии он стоит от З50 до 500 рублей за кг).

Депутат НХ РБ Анатолий Кушнарёв:

Целиком и полностью поддер­живаю наших пчеловодов, обес­покоенных фальсификатами меда. Столько меда, сколько сейчас про­дается, в России не производят! Это действительно искусственный мед, сделанный на основе сахара с добавлением различных арома­тических добавок. А мед, произве­денный в Бурятии, – натуральный, его можно назвать органическим, потому что у нас нет нефтехимиче­ских предприятий. В наших южных районах – лучшие меда. К сожале­нию, в республике недостаточное внимание обращают на развитие пчеловодства. Эту отрасль надо сде­лать приоритетной: во-первых, мы будем получать лечебный продукт, мед можно сделать экспортным то­варом. В стратегии СЭР Бурятии до 2035 года есть раздел «Развитие пче­ловодства», но там нет конкретики. Нужна подпрограмма, где надо ука­зать: мед сделать экспортным това­ром. И еще. Развитие пчеловодства в республике может способствовать развитию производства гречихи…».

Автор: Баясхалан ДАБАИН

Фото: предоставлено Геннадием Лютаевым

Читайте также