Общество 4 сен 2020 319

Сквозь «горячие» снега, или Сага о кавалере шести боевых орденов

Слякотная промозглая поздняя осень. Подмоско­вье. 9 октября 1941-го. За­пах пороха и гари. Саперный взвод ночью незаметно про­бирается на нейтральную полосу. Молодой командир всматривается в утреннюю мглу

Слякотная промозглая поздняя осень. Подмоско­вье. 9 октября 1941-го. За­пах пороха и гари. Саперный взвод ночью незаметно про­бирается на нейтральную полосу. Молодой командир всматривается в утреннюю мглу.

24-четырехлетний лей­тенант из Бурятии знает: вот-вот немцы пойдут в психическую атаку. Он предусмотрительно углу­бил воронку, приспособив ее под окоп. Приготовил для отра­жения атаки гранаты и бутылки с горючей смесью. Пунктуаль­ные немцы ровно в девять, как и сообщили разведчики, нача­ли сумасшедшую артподготов­ку: казалось, что земля взды­билась. Двинулись немецкие танки с черной свастикой.

ПЕРВАЯ НАГРАДА

Увидев надвигающуюся на него вражескую махину, комзвода встал во весь рост и, как учил капитан Куренков, швырнул гранату под перед­нюю гусеницу – немецкому танку крышка! Через несколько минут запылал еще один танк. Яркий получился факел! Спустя годы, вспоминая о том тяже­лом бое под Звенигородом, Пантелеймон Устинович не мог сдержать слез. Звенигород немцы так и не взяли, и танки не прошли на шоссе, ведущему к Москве. Но какой ценой это досталось! Из всего взвода в живых осталось всего четыре бойца – он, Романов, Карпович и Злыгостев.

За тот бой, когда Пантелей­мон понял истинное значение фразы «смерть ходит рядом», он получил свою первую, са­мую памятную и дорогую для него награду – медаль «За от­вагу». 29 октября сорок пер­вого ему ее вручил в Кремле сам Михаил Калинин. А потом будут другие бои и награды. И навсегда сапер Устинович за­помнит, как хоронили боевых друзей в братских могилах, как мёрзли немцы под Москвой, словно мухи, как совершали, словно по тонкому льду, ноч­ные кинжальные рейды в со­ставе разведгрупп, из которых без «языков» не возвращались. Только осенью 41-го его ребя­та установили свыше 15 тысяч противотанковых и противопе­хотных мин!

В коротких затишьях перед боями и опасными заданиями сапер Устинович писал пись­ма домой, на малую родину, за которую проливал кровь и был готов, без капли сомнения, от­дать жизнь. Так был воспитан Пантелеймон сын Тараса, и для него на войне всё было пре­дельно ясно: победить врага надо любой ценой, пусть даже самой дорогой. И летели пе­ред тем, как снова ринуться в бой, фронтовые «треугольни­ки» туда, за тысячи километров от фронта, где на границе с Монголией укромно располо­жилась его родная деревень­ка Цаган-Усун. Там, в казачьей станице, он появился на свет аккурат в год Октябрьской ре­волюции.

ТРУЖЕНИК ПОБЕДЫ

- Мой дед – Тарас Семёно­вич Устинович – приехал в Ца­ган-Усун из Белоруссии, – гово­рит дочь фронтовика Татьяна Клеймёнова.

Как рассказал племянник истинного героя Николай Де­вяткин, казак Тарас Устинович в 20-е годы прошлого века нёс службу по охране границы в Цаган-Усунской станице (на­ходилась в ведении Троицко­савского погрануправления – авт.). Женился на девушке Любови из зажиточной семьи, проживавшей в селе Боций. В 30-е годы занимался пчело­водством. А во время войны трудился в Цаган-Усуне началь­ником почты. Он был по тем временам образованным че­ловеком. А сам Пантейлемон в тридцатые годы помогал отцу на пасеке и одновременно ра­ботал в родном селе, в колхо­зе имени М.В. Фрунзе – косил сено и возил его на ферму.

В 1938-м Пантелеймона при­звали в армию. Война застала его на Дальнем Востоке, где он служил в 32-й Краснознамен­ной стрелковой дивизии. Вско­ре дивизию перебросили под Москву. В сентябре сорок пер­вого старший сержант принял саперный взвод. 23 февраля сорок второго ему присвоили звание младшего лейтенанта. В феврале сорок третьего уже в звании лейтенанта, будучи командиром взвода 321 инже­нерного батальона (33 армия), он получил медаль «За боевые заслуги».

Всю войну наш земляк был на передовой, шел вперед, под ураганным пулеметным огнем, возводя мосты. Шел по пылаю­щей, растерзанной земле. Рвал­ся, поднимая бойцов, в атаку по «горячему» снегу, не зная, что ждет его впереди. Нелегкая у него была воинская профессия – сапер: фронтовики справед­ливо называли саперов тру­дягами, чернорабочими войны, которые были на фронте в особой цене (с них и спрос был особый: если не построят мост к определенному сроку, могли и наказать согласно закону во­енного времени), которые оши­бались лишь один раз. По мень­шей мере, три раза его жизнь висела буквально на волоске от смерти. Весной сорок третьего, когда Устинович в звании лей­тенанта командовал ротой, он получил задание: взорвать два железнодорожных моста в тылу врага. Сначала, хотя никто из роты раньше не прыгал с пара­шютом, надо было десантиро­ваться в тыл врага.

КОСТЕР ЛЮБВИ

Опасное задание выполне­но, но ценой жизни боевого друга: в том бою погиб сол­дат Злыгостев. А однажды, по рассказу его внука Руслана Клеймёнова, рядом с Панте­леймоном разорвался снаряд, его контузило и присыпало землей, а после боя друзья, посчитав, что командир роты погиб, стали его закапывать. Устинович очнулся от того, что на него сыпали землю.

В ноябре сорок третьего, а это было под Оршей (Белорус­сия), он и его друзья размини­ровали нашпигованное мина­ми поле. Сапер из Бурятии не заметил, что из противопехот­ной шрапнельной мины тор­чали усики, задел их, раздался взрыв. Но, к счастью, команди­ра роты и его ординарца Леню не зацепило. «Значит, нужны мы были для войны, для По­беды», – улыбаясь, вспоминал фронтовик, прошедший путь от Подмосковья до Кёнигсберга.

После победы над фаши­стами Пантелеймон (на фронте друзья звали его Павлом) сра­жался с японскими милитари­стами. На Дальнем Востоке, где Устинович служил после вой­ны, свела его судьба с девуш­кой-медсестрой Августой (все звали ее Валентиной) Архиповской из Вологодской области. И в сердце комбата запылал костер любви: в 1946 году они стали мужем и женой. Супруги прожили вместе 53 года.

В 1956 году фронтовик вме­сте с семьей вернулся в Буря­тию. Обком партии направил его директором дома отдыха «Учитель». В этой должности он, нет, не работал, а именно служил, целиком и полностью отдавая себя работе, более 20 лет.

В мирное время частенько ездил в родной Цаган-Усун. Бы­вало, что там охотился в тайге вместе с племянником Викто­ром Девяткиным.

- Отец, прошедший «мясо­рубку» войны, в жизни был очень добрым (никогда не ру­гался), спокойным, честным (ни копейки не брал), интеллигент­ным человеком, – рассказывает об отце Татьяна Клеймёнова. – Он всем помогал. И никогда ничего не просил для себя. Он вставал в шесть утра и на пер­вом автобусе ездил на работу, на Верхнюю Берёзовку, хотя ему была положена машина.

День Победы Пантелеймон Тарасович праздновал дома, в кругу семьи.

- Хорошо помню, как 9 мая папа и мама (она ведь тоже вое- вала!) сидели за столом, вы­пивали фронтовые 100 грамм. И потом оба начинали плакать. Вспоминали войну, – говорит дочь одного из выдающихся фронтовиков Бурятии. А я пыта­юсь представить улыбку и смех кавалера шести боевых орде­нов (за четыре боевых ордена Отечественной войны впору было и Золотую Звезду Героя давать!), офицера, который сполна узнал фунт фронтового лиха, прошел через «горячие» снега и кровавые рассветы войны. И, наверное, точно, что человек, который смотрел на войне в глаза смерти, может по-настоящему ценить жизнь.

Автор: Баясхалан ДАБАИН

Фото: Фото предоставлено Татьяной Клеймёновой