Общество 6 май 2021 4632

Сага о цыплятах-2

Как 50 лет назад в Бурятию прилетели 65 тысяч суточных птенцов- «нелегалов» из Риги

Курица или яйцо?

Я увидел, если так можно сказать, другой свет, другое птицеводство. Дружба продолжилась. Как-то в ресторане полушутя-полусерьёзно зашёл разговор с главным зоотехником племенного завода и директором инкубаторных станций города Риги о том, как нашей республике продать больше племенного материала. Они твёрдо заявили, что о племенном яйце разговора быть не может. Москва контролировала каждое яйцо. А продать суточных цыплят они могли сколько угодно, так как эту продажу никто не лимитировал. Наоборот, такая продажа поощрялась.

Но это было фантастично! Привезти суточных цыплят из Риги в Улан-Удэ за 6500 км. Никто и никогда в мире этого не делал.

Но нашей республике это было нужно. Обойти закон и расстояние. Я понял, что это был единственной выход из тупикового положения Сотниковской птицефабрики. Вернувшись домой, я стал изучать современные самолеты, так как вывезти суточных цыплят на такое расстояние можно было только по воздуху.

Остановился на самолетах ТУ-104, которые в то время осваивались в нашем небе. Решил, что это самый подходящий самолет для этой цели. Рассчитал вместимость салона, время полёта, температуру салона и маршрут.

 С этим предложением обратился к уважаемому директору треста «Птицепром» Бурятии Илье Александровичу Игнатьеву. Он с порога сказал: «Авантюра». Но через два дня, собрав у себя в кабинете специалистов треста, стал меня допрашивать, как я думал осуществить эту затею.  Специалисты молча выслушали меня и разошлись. Никто всерьез не принял моё предложение. Через неделю Игнатьев вновь вызывает меня и говорит: «Хорошо! Под твою личную ответственность проведём эту операцию. Езжай в Латвию, договаривайся. Получится - хорошо, не получится - ответишь по полной». Я согласился. Пан или пропал. Из тупика нужно было выходить.

В Латвии встретился с друзьями. Поговорив, согласовали с начальством аэропорта и составили договор на 500000 рублей (за цыплят инкубаторных станций). Инкубаторные станции Риги (10 станций) выводят одновременно в августе 100000 цыплят по заказанным мною линиям кросса 288 (это порода кур-несушек) с сортировкой по полу. Выдают 65000 суточных цыплят. Расчёт в Риге. Договор я показал И.А. Игнатьеву. Он повёз меня на приём к третьему секретарю ОК КПСС В.Ф. Лысову. Тот, внимательно ознакомившись с договором, допросил меня до мелочей и сказал: «Ответственность за неудачу целиком ляжет на тебя». В принципе, он не возразил, но ответственность за идею от себя отвёл.

Август. С главным ветврачом Улан-Удэнской птицефабрики летим в Ригу. Там процесс инкубации идёт нормально. Я еду в аэропорт договариваться с самолетом.

Начальник аэропорта принял меня очень дружелюбно и весело заявил, что сейчас самолета нет, но в течение 7-10 дней он выделит его. Я не выдержал и прокричал: «К этому времени цыплята сдохнут в Риге!». Он меня выслушал и очень вежливо, как все латыши, ответил: «Это всё, что я смогу сделать».

Я нашёл директора инкубаторных станций, доложил о создавшейся обстановке. Вдвоем вернулись к начальнику аэропорта. Директор и начальник аэропорта что-то по-латышски долго говорили и, наконец, спросили меня, согласен ли я срочно лететь в Минск.

Расстрельная сумма

Узнав, что в Белоруссии таких самолетов больше, я, конечно, согласился. На транспортном самолете без оформления документов и билета прилетел в Минск. Начальник минского аэропорта при встрече сказал, что он в курсе, но у него тоже свободных самолетов нет. Я был ошеломлен таким ответом. Что делать? Я в Минске, а цыплята в Риге. А время неумолимо текло.

Я взмолился и высказал ему все о положении дел. На кону - 500 000 рублей государственных денег. За такую сумму в то время людей расстреливали. Он задумался и через 30 минут предложил: «Надо лететь в Витебск. Там есть свободный самолет. Затем рассчитаться и лететь в Ригу». В Минске меня посадили в первый самолет, который летел в Витебск - также без билета и проверки документов.

Там я быстро оформил документы, оплатил самолет и вылетел в Ригу. На следующий день к самолету подвезли цыплят на автомашинах в ящиках по 100 голов. Я лично пересчитывал ящики. Когда закончили погрузку, обнаружил, что не хватает 2000 цыплят. Надо отдать должное директору инкубаторных станций, который быстро организовал поиск. В итоге нашли две машины с цыплятами на окраине Риги с помощью ГАИ. Погрузили в самолет: 6 рядов по 5 ящиков в высоту (всего 650 ящиков). Самолет начал набирать высоту. Я среди ящиков. Температура в салоне +19 градусов. Это мало. Я - к летчикам с просьбой поднять температуру в салоне самолета. Температура довольно быстро поднялась до нормы +31 градус.

Я успокоился и ушел в помещение для пассажиров. Через 40 минут я снова среди цыплят. Мне дышать трудно. Температура +34 градуса. Цыплята в ящиках лежат с открытыми клювиками, и тишина в салоне.

Меня охватил ужас. Я к пилотам: «Прошу срочно добавить воздуха». В самолете летели еще пять человек. Я попросил всех помочь мне. Поднимали ящики, ворошили цыплят, и они оживали. Таким образом, мы переворошили все ящики. Это 65 тысяч цыплят! Падежа нет. Температура снизилась до +26 градусов. Птица поглощает кислород из воздуха в 2,5 раза больше человека. Подняв температуру в салоне самолета, летчики снизили количество подаваемого воздуха, отчего цыплята почти задохнулись.

Дальше я и главный ветврач Улан-Удэнской птицефабрики постоянно дежурили около цыплят. Температура была +28 градусов. Цыплята пищали, а мы радовались. Долетели до Новосибирска. Нужна заправка самолета. Летчики, выключив двигатели, ушли, ничего не сказав. Температура в салоне начала резко падать. Холодная ночь. Но самое страшное: в салон перестал поступать свежий воздух. И того кислорода, что был в салоне, хватило бы максимум на 20-30 минут. Я спросил у работников, обслуживавших самолет: «Сколько времени простоим?». Они ответили: «Часа 2 или 3, как заправят самолет». Опять беда. Я им объяснил обстановку и попросил что-нибудь придумать для спасения цыплят.

Спасали цыплят всем миром

Как же было хорошо в советское время! Не требуя никакого вознаграждения, без принуждения они быстро подсоединили к самолету два электрокалорифера. С обоих бортов самолета стал поступать свежий подогретый воздух. Это было спасение. Прилетели в Иркутск, так как в Улан-Удэ не было посадочной полосы для таких самолетов. Нас должны были встречать. Но, увы! Никто не встретил. Оказалось, что моя телеграмма о прибытии, которую я отправил за двое суток до прилета, пролежала на почте в Сотниково. Я срочно созвонился с директором птицефабрики Николаем Николаевичем Дорофеевым. Он обрушил на меня ругань - почему, мол, я не предупредил их.

Самолет, разгрузив цыплят, улетел. Ящики с цыплятами на летном поле под открытым небом. Вывозить некому. Самолеты из Улан-Удэ могли прилететь только через 6-7 часов. А делать что-то надо. Я пошел к начальнику иркутского аэропорта. Излагаю ему ситуацию, что цыплята из Риги под открытом небом в Иркутске и по нелепой случайности могут погибнуть. Он ответил, что это не его дело. Выкручивайся сам, как хочешь. Тогда я подхожу к телефону и говорю: «Буду звонить первому секретарю ОК КПСС Иркутской области и скажу, что вы, как бюрократ, уничтожаете почти 1000000 рублей государственных денег. Он отреагировал правильно и тут же позвонил диспетчеру, приказывая без оплаты, без оформления документов выделить 2 самолета АН-24 для перевозки цыплят в Улан-Удэ.

Я бегом к цыплятам, а над летным полем уже огромная туча с громом и молнией! Я опять обращаюсь к работникам аэродрома и прошу их о помощи. Вновь, как в Новосибирске, без денег, без команды сверху, они быстро из брезента соорудили большую палатку и укрыли ящики с цыплятами. Тут пошёл ливень, да такой, что по земле текли ручьи. Если бы не помощь работников, смыло бы моих цыплят. Ливень был недолгим. Через 20-25 минут туча ушла, засияло солнце и к месту, где были цыплята, подрулил АН-24. Его загрузили цыплятами. Подрулил второй самолёт АН-24, затем подошел АН-2, и его загрузили. Через некоторое время подлетели ещё 2 самолета АН-24 из Улан-Удэ.

Фото: pixabay.com