Ниигэм 30 jun 2021 673

Пиво, позы и бабьи слёзы

Нефильтрованное светлое, и тёмное из жизни пивных в БурАССР

Вечером заглянул в пивной магазин, он был полон. Брали разливное на вынос. Ассортимент – глаза разбегаются, больше 20 сортов! А ещё бутылочное и баночное! Закуска на любой вкус и цвет! Эх, а в наше время выбор был предельно ограничен! Но я бы дорого заплатил, чтобы попить того самого пивка и погрузиться сполна в атмосферу старых улан-удэнских пивных...

Отличное пиво!

На Стеколке была классическая пивная в подвале. Бочки скатывали вниз по настилу. Туда же ныряли и мы после окончания заводской смены. Закусывали вяленым минтаем и сорожкой. Улан-Удэнский пивзавод производил 13 сортов, среди которых «Украинское», «Славянское», «Юбилейное», «Праздничное». Но пили в основном «Жигулёвское» и реже «Бархатное». «Жигулёвское» было светлым, лёгким, освежающим и немного сладковатым. Тёмное «Бархатное» резко контрастировало с ним и своим оригинальным с хлебными, ржаными тонами вкусом привлекал пивоманов. Пару лет назад я увидел «Бархатное», и из чувства ностальгии взял его. Но нет! Вкус был совсем не тот…

Из периферийного пива привозили превосходное кяхтинское светлое в бутылках. Пиво было живое, срок хранения не превышал 3 дней, и достаточно было встряхнуть бутылку, чтобы увидеть взвесь из хлопьев. Разливного из Кяхты не удалось попробовать. Легендарное закаменское успел вкусить на его родине. Основной секрет его качества крылся не в пленных немецких пивоварах, а в полностью автономной системе жизнеобеспечения Джидакомбината. Варили для себя, немного и качественно. Почти крафтовое. В 90-м году уже появились кооперативы, и местной пивной занимались бывшие арестанты. Всё свободное время в командировке я проводил с кружкой в руках. Это был мой лучший и единственный пивной тур в Закаменск. И ещё, бутылочное из Закамны продавали в стекляшке на Машзаводе. Напротив бани. Ценители специально ездили за ним.

К развалу СССР качество пива упало, пили и «кислятину», а другого не было. В любом случае оно было лучше, чем «бормотуха», и дешевле, чем водка. Кружку свежего пива покупали за 22 копейки, соответственно, литр стоил 44 копейки.

В целом, наше бурятское пиво ничем не уступало иркутскому, ангарскому или читинскому. Не случайно, рестораны экспрессов «Москва – Пекин» и «Москва – Владивосток» затаривались свежим пивом в Улан-Удэ. В СССР я посетил пивные рестораны в Москве, Ленинграде, Ташкенте и Софии (Болгария). По сервису нам было далеко до них, но по качеству наше пиво было не хуже. Атмосфера такая же, только в Ташкенте с узбекским колоритом. Официантки – дородные славянки, а вокруг тихо сидят аборигены. Проблем с вяленой, сушеной и копченой рыбой у нас тоже не было. Рыба шла с Байкала, Кудары, Баргузина, Еравны и Гусинки. Её можно было взять на базаре и в «Океане» на Борсоева. А вот чипсов, снэки, солёных сухариков и других современных закусок не было в помине.

Укырка и все остальные

Как таковых пивных ресторанов у нас не было. Розливом занимался «Горпищеторг» через магазины, столовые, буфеты и ларьки. В разное время они открывались и закрывались в разных местах. С 50-х годов на углу Шмидта и Кирова была пивная с позами. Одно время её звали «Костриха» по фамилии барменши, потом «Голубой Дунай», а затем «Укырка». Другая «Укырка», забегаловка с позами, пивом и водкой на розлив («Пиво, позы и бабьи слёзы»), была в 50 – 60-е около Горсада. Это было любимое место шоферов и на горе их жёнам, «черная дыра» для семейного бюджета. Откуда взялось это название? В переводе с бурятского – бычок, а деревни «Укыр» есть в Еравне, Бохане и в Забайкалье.

Еще две центровые пивные в конце 50-х были около Русского театра на Ленина и в доме с атлантами. Там разливали и водку – «Сучок» по 2,52 р., «Московская» - 2,87 и «Столичная» - 3,07 р. Самопальный коктейль из пива и водки назывался «С прицепом». А вот популярные в Москве отдельные рюмочные с водкой на розлив у нас не прижились.

Пиво разливали на автовокзале, на ж-д и в столовой выше, на стадионе 25-летия Октября, на ПВЗ у старой барахолки и на Октябрьской. В парке Орешкова был ларек, и семейные располагались на траве вокруг скатерок с пивом и снедью. Разливали на Саянах, на Сенном рынке (на месте педучилища на Элеваторе) и т.д.

Постижение Пустоты

Разливали во всех банях. Пиво после парилки обладает удивительным эффектом. Садишься за стол. Сдуваешь высокую пенистую шапку, вдыхаешь солодовый, освежающий аромат и делаешь первый глоток. Затем второй. Голова становится хрустальной и в этом блаженном, абсолютно безмятежном состоянии, понимаешь - ты постиг Пустоту…

Напиток расслабляет, восстанавливает водный и минерально-солевой баланс. Пробуждается зверский аппетит, паришьсято не евши! Постепенно опускаешься из нирваны на грешную землю к друзьям. Самое интересное в пиве — это компания! А для репортёра баня и пиво - это ещё и профессиональное средство сбора и анализа информации.

Официант! Пива!

Стеклянные шашлычные с розливом пива стояли на Саянах, на рынке, «Алые паруса» под оперным и в других местах. В них работали армяне и грузины, красавцы с золотом на шее, в зубах и на пальцах. В остальных работали женщины, на выпуклостях которых, что спереди, что сзади можно было поставить в ряд полные кружки. Труд у них был не лёгкий, и надо было быть сильными духом и телом.

А в «Укырке» работала Дарима. С каменным лицом она справлялась с ордой, штурмовавшей прилавок. Родом, вроде, из Джиды, и мы с поэтом Рахметом, его одноклассником Олегом из Инзагатуя, недолго ждали светлого, доброго и нефильтрованного. Спускались с трёхлитровыми банками и позами к Селенге, со вкусом попивали и говорили о высоком, о литературе…

У барменш были свои способы заработать на клиентах, а потому были актуальны таблички: «Требуйте полного налива пива до черты!» и «Требуйте долива после отстоя пены!».

« ПИИВО? Не, пиво не надо, еще напьются, будет свинарник... Я девушка приличная...»

Других женщин в пивных не было. Однажды, мы сидели в пивной бани на Батарейке. Гвалт стоял невообразимый, дым коромыслом! Очередь регулировал милиционер, но и его сносили жаждущие, с пересохшими глотками. Вдруг дверь приоткрылась, и в бар заглянула молодая, красивая женщина. Как сейчас помню её тонкий силуэт в проёме и изумлённо-испуганное лицо. От неожиданности и мы замерли с кружками в руках! Похоже, она когото искала большими округлившимися глазами. Словно у нежной и трепетной Ольги Вознесенской из «Раба любви» они вопрошали: «Что это? Куда я попала? Кто это…? Звери…?» Дверь захлопнулась, и мы опрокинули кружки в разинутые рты: «Что за прекрасное мимолетное видение это было? Не уж-то глюки начались?»

Вобла, пиво разливное,

Это всё моё, родное

Партийная номенклатура пила на дачах настоящее чешское из бутылок. А пивные были заведениями для пролетариата. Сергею Васильевичу Захарову в армии стала сниться пивнушка! Демобилизовавшись в 1969- м, он нарядился в гражданку и рванул в баню ПВЗ. Сходу взял четыре кружки!

А в заведения в центре ходили студенты и интеллигенция. Коллега, Александр Фарфутдинов, учился в пединституте и пил пиво в горбане №1. С тех пор в его памяти остались строчки из песни - слова народные:

«Как много желающих опохмелиться, Как мало желающих опохмелить!» Студенты техноложки (центральных корпусов) не выводились из «Укырки», а культурки - из шашлычной на Саянах…

P.S. БурАССР был состоявшимся регионом. У нас были свои авиакомпания, футбольная команда «Селенга» и пиво! За кружкой пенного напитка мы приятно проводили время и знали простую истину, что у каждого мужчины обязательно должно быть что-то светлое в жизни и это - пиво! Ну, а если темное, то опять пиво!

Автор: Александр МАХАЧКЕЕВ

Фото: Яндекс Дзен