Блоги 21 ноя 2023 4968

Журналист, подобно умной обезьяне должен следить за битвой двух тигров, сидя на дереве

Памяти Вячеслава Дагаева. Продолжение.

© фото: Александр Махачкеев

В конце 90-х «Информ Полис» (ИП) уже прочно утвердился на газетном рынке Улан-Удэ и наращивал политическое влияние, которое росло вместе с тиражом. Нужно было активнее писать на эту тему и в ИП пробовали своё перо уже известные на этой стезе Сергей Березин, Андрей Бутюгов и Сергей Соломатов. Но все они хотели большего и надолго не задержались, уйдя в профессию политтехнологов.

Шёл 1998 год, набирала ход избирательная  кампания по выборам президента Бурятии,  и в это время случился кризис вокруг Атласа тибетской медицины. Он получил громкий международный резонанс. 5 мая спецподразделения МВД Бурятии вывезли на грузовиках из фондов Исторического музея «Атлас тибетской медицины». Пикет, состоящий из буддийских священнослужителей, был разогнан. Политическая ситуация всё обострялась, а ИП оказался в гуще событий…

Рекогносцировка перед боем

О том, что вопрос будет решен самым решительным образом, стало ясно после окончания безрезультатных переговоров между руководством республики и Сангхи. В течение дня журналисты периодически зондировали обстановку около Одигитриевского собора. На площади Банзарова целый день стояла «шестерка» - автомобиль ВАЗ-2106,  с засевшими в ней оперативниками МВД. Они со своей стороны также вели наблюдение.

К пикету в разное время подходили кандидаты в президенты Владимир Саганов и Александр Коренев.  Они высказались за мирное разрешение конфликта и заклеймили перед камерами своего главного оппонента Леонида Потапова.

Планёрка редакции

Вокруг собора «крутились» сотрудники МВД и ФСБ в гражданском, заезжие политтехнологи и наши коллеги. Тогда в Улан-Удэ было несколько изданий, из ТВ кроме БГТРК появились «Тивиком» и «Ариг Ус».  Государственные издания придерживались официальной точки зрения, а единственно независимой была газета  «Информ Полис».

Утром в редакции прошла планерка. Слава в нервном возбуждении тянул сигарету за сигаретой, размышляя вслух и раздавая задания. Нашему политическому обозревателю Сергею Соломатову: «Что там у тебя с политиками? С кем говорил? Выйди на их политтехнолога». А мне, многостаночнику по  криминалу, религии, культуре и спорту: «Саша, что там милиция готовит? Был в Советском РОВД? С ламами держи контакт». В конце планерки бросил: «Если ничего до вечера не произойдет, к ночи будем выдвигаться». 

А к ночи ситуация накалилась до предела. На крыльце Одигитриевского собора сидели мальчишки хувараки,  здесь же были Хамбо лама Аюшеев, дид хамбо лама Содномдоржиев, поэт Есугей Сындуев и еще кто-то из сочувствующих или любопытствующих. От «ИП» нас было несколько человек: Слава Дагаев, Сережа Соломатов, Тимур Бадмаев, Игорь Озеров, водитель Володя Параев и я. Главная сцена, а это крыльцо и ворота собора, были ярко освещены фарами. Все ждали, что вот-вот что-то грянет…

Разгон пикета

В 23.40 раздался рев грузовиков с крытыми  кузовами. Они подъехали с двух сторон, резко остановились, и из них выпрыгнул спецназ. Это было классическое маски-шоу: каски, щиты и дубинки, устрашающие гримасы и крики. Впрочем, никто особо и не сопротивлялся. Пикет-то был мирный. 

Со стороны все это снимали на камеры, а мы с Соломатовым: он с диктофоном, я с фотоаппаратом - были в эпицентре этой катавасии. В какой-то момент у Сережи вырвали и разбили диктофон. Но нас никто не бил и мой фотоаппарат не зафиксировал ни мордобоя, ни знакомых лиц среди бойцов. Это был не ОМОН (его командир Вячеслав Мархаев выступил против применения силы), а максимально закрытые спецподразделения УИН и СОБР.

В 90-е в стране царил «беспредел», в переполненных зонах было голодно и холодно. Воспрянувшая «черная масть» налаживала «воровской ход»  и провоцировала бунты. Поэтому  уиновцы были «заточены» на жесткое подавление. Алексей Субботин написал в газете «Коммерсант»: «…применяя при этом дубинки. В результате несколько пикетчиков получили травмы». Но хувараков спецназ не бил, их просто убрали с дороги. Непосредственный организатор приезда хувараков Зоригто Батуев, ныне шэрээтэ лама Усть-Ордынского дацана, вспоминал: «Нас не били. Это, скорее, была устрашающая имитация».

Погоня

Я уже сделал достаточно кадров ближнего плана и заскочил на крышу нашего микроавтобуса, чтобы сделать средние и дальние планы сверху. В это время спецназовцы, бойцы СОБРа сосредоточились непосредственно на выносе ящиков с «Атласом». Они погрузили ящики, и «Уралы» снова взревели.

Микроавтобус ИП плотно прилепился к ним сзади и ехал за ними до КП, откуда они свернули на федеральную трассу и взяли курс на Иркутск. Тогда мы повернули обратно и вернулись к собору. Протестующие были отпущены и практически никого не осталось. Последних развёз на своем джипе президент Конгресса бурятского народа Евгений Егоров.

Ответка от власти

Через день на обложке очередного номера «ИП» был снимок с разгоном пикета, а внутри эмоциональный репортаж Соломатова с моими кадрами с места события. Мы с коллегами сделали свою работу и успокоились. А вот Славе, как  издателю, и главному редактору, пришлось держать удар. И он выдержал, хотя и далось ему это очень и очень непросто. Мы это видели. В те дни Слава почернел и осунулся. Но он сделал свое дело - показал все, как было на самом деле.

Слава Богу, для издания этот репортаж обошёлся без больших последствий, а ведь среди наших коллег были пострадавшие. Так был уволен с работы  Ярослав Николаев, опытнейший телевизионный журналист и продюсер. Он был вынужден уехать в Москву.

Слава объявил вынужденный мораторий на освещение выборов ИП. Впрочем, я всё же участвовал в ней на стороне Александра Коренева, у него были деньги на PR. Писал и для Владимира Саганова, но только за идею. Уже под финиш кампании Дагаев  снял мораторий, но поезд уже ушёл  и газета ничего не заработала на выборах.

Достойные противники

«Атлас» отреставрировали в США и вернули в Национальный музей Бурятии. Тогда за что же боролась горсточка буддистов? Они верили, что у «Атласа» – одной из главных буддийских святынь Бурятии - есть тонкое тело, его духовная сущность. Вот они и вышли на мирный пикет, чтобы сохранить сокровенную тайну, как бы недоступную простым смертным.

Это было первое публичное и бескомпромиссное столкновение светской и духовной властей после крушения атеистического режима СССР. Сангха еще не встала на ноги, а ослабевшая светская власть не избавилась от реликтов коммунистического сознания.  Но в итоге в выигрыше остались обе стороны, они показали свою несгибаемость и способность идти до конца. Противники оказались достойны друг друга…

Тибетский интерес

Вывоз «Атласа» спас бюджет республики от выплаты около $3 млн неустойки по контракту, включая компенсацию затрат американской стороны на заключение раритета в специальные рамки-капсулы, гарантирующие ему 200-летний срок хранения. Кроме того, Его Святейшество  Далай-Лама XIV направил письмо в адрес президента РБ Леонида Потапова с выражением благодарности за организацию выставки национальной гордости тибетского народа. Для тибетской эмиграции было исключительно важно представить миру своё культурное наследие.  

Объективная журналистика

С тех пор прошло много лет и время расставило всё по своим местам. У каждой из сторон конфликта была своя правда. Были свои интересы и у лиц, не участвовавших непосредственно в нём, у того же Его Святейшества  Далай-Ламы XIV. Какой же вывод? Журналистам нужно оставаться над схваткой, подобно умной обезьяне, следящей за битвой двух тигров, сидя на дереве. Для Славы Дагаева, для всей его тогдашней команды, это умозаключение, пожалуй, и стало главным императивом из всей этой истории оставившей глубокий след в политической жизни постсоветской Бурятии.  

 

 

Автор: Александр МАХАЧКЕЕВ

Фото: Александр Махачкеев